Бизнес Ресурс

Китайская перспектива

Так называемая индустриализация является способом распространения капитализма по планете, сопровождающимся сменой социально экономических формаций, как в странах экспортирующих индустриализацию, так и в странах её импортирующих

2026-07-21 07:12

Теперь, когда мы знаем, что экспорт заводов и фабрик в условиях капитализма ведёт государства к смене социально экономической формации, а вслед за ними к огромной безработице и провоцируемым безработицей войнам, мы можем с достаточной вероятностью прогнозировать ход событий на шкале современной истории. Однако, важно понимать, что сегодня называется индустриализацией, как она происходит и почему её последствия будут именно такими, какими они бывали до сих пор. Или очень похожими. Ведь борьба за жизнь капитализма продолжается и теперь.

Индустриализацией в этом рассказе следует считать, как и раньше, быстрый рост экономической мощи не капиталистического государства, вызванный притоком средств производства и так называемых прямых иностранных инвестиций из государств, обладающих более высоким уровнем экономического развития. Но важно понимать, что источником опасности является не сам экономический рост государства импортёра, а рост его экономики, превышающий потребности внутреннего рынка импортёра. Когда индустриализируемое государство начинает производить товары и услуги на экспорт, оно становится зависимым от своих заграничных покупателей. И, как только зарубежный спрос на продукцию индустриализируемого государства начинает снижаться, в нём начинает резко расти безработица среди пролетариата, людей, которые не имеют других источников дохода, кроме своей заработной платы. В условиях капитализма ничего более умного ещё не придумали, кроме утилизации безработных лишних людей путём войны, голодомора и прочих мероприятий, ведущих к массовой человеческой гибели.

Это не исчерпывающий список способов утилизации лишней рабочей силы. Есть ещё миграции населения, участие людей в чужих войнах и тому подобные. Всё зависит от масштабов государства и количества людей, которых местные капиталисты не могут обеспечить достойной работой. Но, когда речь идёт о таких гигантах, как Индия или Китай, то представить себе их мирный выход из многомиллионной безработицы очень трудно. Поэтому мы и будем говорить о гигантах. Их безработица, исчисляемая многими миллионами человек, отлучённых от кормящего рабочего места, угрожает населению всего мира.

Сегодня два крупных государства, обладающие атомным оружием, замерли на том пороге, за которым воняет дымом большой войны. Индия и Китай уже прошли этап индустриализации. Оба этих государства обладают огромным населением, которое работает по капиталистическим принципам. В Индии сегодня живëт ориентировочно один миллиард четыреста семьдесят семь миллионов человек. В Китае сейчас проживает примерно один миллиард четыреста пять миллионов человек. Несмотря на громадное население, экономика Индии и Китая производит высокотехнологичные товары преимущественно на экспорт из-за низкой покупательной способности собственных граждан. Их уровень экспорта составляет примерно двадцать процентов от валового внутреннего продукта. То есть, достаточно импортёрам индийской или китайской продукции снизить объёмы импорта, чтобы поднять уровень безработицы в этих странах. А экономика капитализма не ориентирована на то, чтобы кормить безработных.

Большая война является неизбежностью в условиях капитализма. Вопрос только в том, где именно, в какой стране или в каком регионе сложатся сами или будут созданы "дирижерами" условия для боевых действий. Механизмы управления для создания войны в руках у людей есть. Я об этих механизмах говорил раньше, но настало время разложить их в виде последовательности событий, которые могут приводить или реально приводят человечество к войне.

Первое, это так называемый “кризис перепроизводства”, который обозначает окончание капитализма в одной или нескольких странах. То есть, кризис перепроизводства свидетельствует о том, что экономика державы может производить товаров и услуг больше, чем может потребить население государства. Причём, “перепроизводство” достигается применением меньшего количества человеческой рабочей силы, чем есть в государстве. Будем считать это первым признаком наступления коммунизма.

Второе. Если в это время не осуществить переход в сторону социального коммунизма, а начать экспортировать свой отживший капитализм в другие менее развитые страны методом продажи туда заводов, фабрик и передовых технологий, то у властей и простых жителей государства возникает ощущение, что у них законсервировался капитализм. Автоматизированное производство, как кузница безработицы, уехало в другие государства. Но вместе с производством “уехали” и рабочие места, что, в свою очередь, снова порождает неизбежную безработицу.

Третье. На самом деле в государстве, продавшем свои производства в другие державы, формируется новый социально экономический уклад жизни, который можно назвать либо перекапитализмом, либо недокоммунизмом. Суть его состоит в том, что вместо владельцев средств производства, которых мы раньше называли капиталистами, сформировалось сообщество владельцев денег, которые капиталистами не являются. А пролетариат, как наёмная рабочая сила, просто отсутствует за ненадобностью. Поскольку, нет производства, значит нет и пролетариата.

Четвёртое. Но в государстве остаётся огромная армия безработных людей, которые раньше были пролетариями. Теперь это класс людей не просто без названия, но и безо всякого будущего. Этих “лишних людей” государство собирает в армию, которую отправляет с кем-нибудь воевать с единственной целью. Эта цель - утилизация лишних людей.

Пятое. Какой метод утилизации лишних людей будет использоваться, когда он начнётся - после выстрела сербского студента или после выстрела крейсера “Аврора” - и когда закончится, это тоже выбирают люди.

Шестое. После этого индустриализированному государству предоставляется право экспортировать свои фабрики и заводы в какую-нибудь “третью державу”. Или не предоставляется такого права.

В самом же государстве - государстве без лишних людей - формируется новая “экономика”, основными элементами которой являются не предприятия, продуцирующие товары или услуги, а банки, фондовые биржи, инвестиционные фонды и прочие конторы, единственной функцией которых является перераспределение денег между их владельцами. В результате такой, с позволения сказать, “деятельности” (в кавычках) одни владельцы теряют свои деньги и навсегда выбывают из этой игры, пополняя класс лишних людей. Другие же участники биржевой игры получают те деньги, которые утратили неудачники. Так в мире миллионеров появляются миллиардеры, триллионеры и так далее.

Здесь важно отметить, что биржевые игры и прочие “операции” с готовыми деньгами, не порождают прибыль. Прибыль, как экономическая категория, остаётся продуктом реальной экономики, а не биржевой игры. На бирже выигравшие люди получают те же самые деньги, которые проиграли неудачники. Но за вычетом оплаты услуг посредников, которые выигрывают всегда. На самом деле эти государства, вступившие в эпоху недокоммунизма, владеют и работают с совершенно другими деньгами, чем те деньги, которые оборачиваются в реальной экономике. Деньги недокоммунизма неотличимо похожи на деньги капитализма внешне, но их функциональная роль не соответствует функциям капиталистических денег. Об этом я подробно рассказываю в серии статей о деньгах.

Маленькое лирическое отступление. Когда я рассказываю о процессах, сопровождающих миграции капитализма по планете, меня, как и любого нормального человека, тошнит от этой правды. Но такая уж это тошнотворная правда, среди которой мы живём. Я хочу, чтобы все понимали, что во всех страшных войнах, которые были и которые будут, есть только один смысл. Этот смысл состоит в утилизации лишних людей, порождённых их же высокой производительностью труда в условиях капитализма.

Теперь я расскажу о процессах, которые происходят в государствах, ставших объектами индустриализации. В принципе, в них могут происходить те же события, о которых я рассказывал в предыдущем разделе. С той лишь разницей, что государство-донор, поставляющее оборудование и технологии в государство реципиент этих богатств, является первичным, главным и основным субъектом процесса индустриализации. То есть, государство донор руководит процессом индустриализации, а сказки типа тех, которые нам рассказывали в учебных заведениях и прочих капиталистических “телевизорах”, о том как Ленин и Сталин решили индустриализировать страну советов, и начали покупать заводы у Соединённых Штатов Америки, являются сказками пропагандистов тех времён, когда советские газеты, плакаты и прочие дацзыбао были единственными источниками информации. На самом деле, это Соединённые Штаты Америки, а вернее, метрополия этого колониального объединения - Англия, решила индустриализировать советскую Россию. Также, Англия индустриализировала Германию.

Таким образом, из сказанного выше следует, что процесс индустриализации может быть прерван государством донором на любом из этапов этого действия. Так индустриализация Германии прошла все этапы этого “крестного пути”, кроме последнего: экспорта капитализма в третью державу. Индустриализация советской России закончилась ещё раньше. Эта индустриализация не дожила даже до кризиса перепроизводства, чтобы строители коммунизма не могли вкусить всю сладость и возможности изобилия, свойственных предмету их многолетнего строительства. Когда в советском Союзе были построены заводы, обеспечивающие военную мощь первого в мире советского государства стволами, снарядами и другими механизмами ведения войны, кризис перепроизводства в Соединённых Штатах Америки вплотную подошел к вопросу утилизации лишних людей в Америке. Спасти Соединённые Штаты от этого людоедского шага могла только людоедская война между Германией и советским Союзом. Причём, поставщиком оружия для советской красной армии были Соединённые Штаты Америки согласно договору “ленд лиза”, подписанному советским послом в США Максимом Литвиновым и госсекретарём США Корделлом Хэллом одиннадцатого июня тысяча девятьсот сорок второго года.

Историки решили, что Великая депрессия закончилась в Соединённых Штатах в тысяча девятьсот тридцать девятом году. Напомню, что в этом же тысяча девятьсот тридцать девятом году семнадцатого сентября советский Союз напал сначала на Польшу. А немного позднее - тридцатого ноября того же тысяча девятьсот тридцать девятого года - советский Союз напал на Финляндию, чтобы пробить сухопутный “коридор” для поставок военной техники из Соединённых Штатов Америки в Мурманск, а из Мурманска на материковую территорию государства по суше. Советский Союз давно готовился к войне и закупал у США не только вооружение. Интересно, что первая советская лыжная фабрика была построена в Карелии - в городе Петрозаводске - в тысяча девятьсот тридцать первом году. Завод был механизирован с использованием импортированных американских технологий. Также, в тысяча девятьсот тридцать первом году была запущена советская программа вербовки квалифицированных североамериканских специалистов финского происхождения. Эта программа называлась “Карельская техническая помощь”, действовала преимущественно в Нью-Йорке и Торонто и была направлена ​​на предоставление профессиональных знаний западного образца и повышение производительности в деревообрабатывающей промышленности Карельского региона. В период с тысяча девятьсот тридцать первого по тысяча девятьсот тридцать третий год по этой программе в Советскую Автономную Республику Карелия было привлечено более пяти тысяч квалифицированных североамериканских специалистов финского происхождения.

Я не случайно вспомнил о первой советской лыжной фабрике, которую советская власть импортировала из Соединённых Штатов Америки и построила именно в Петрозаводске - столице Карелии. Карелия расположена в приполярной зоне советского севера. Настоящее лето в Карелии очень короткое. Его продолжительность всего две - три недели в период между концом июля и серединой августа. Всё остальное время Карелия покрыта снегом, который даже в разгар лета не везде тает. Дорог, ведущих с востока на запад, очень мало даже в наши дни. Воевать в Карелии без лыж в те годы было просто невозможно. Плановая производительность Петрозаводской лыжной фабрики была пятьсот пар лыж в год при том, что население Карелии в тысяча девятьсот тридцатом году составляло всего триста тысяч человек. То есть, Петрозаводская фабрика за один год работы обеспечивала каждого жителя Карелии (включая стариков и младенцев) почти двумя парами лыж. И не следует думать, что эта фабрика делала лыжи для всего советского Союза. Были ещё лыжные фабрики в Нововятске, Клину, Твери, на Урале и за Уралом, которые выпускали два миллиона пар лыж в год.

Однако, давайте возвратимся в пост индустриализационный советский Союз для того, чтобы оценить вероятность новых войн, вызванных распространением капитализма через индустриализацию. Одним из показателей управляемого зарубежными компаниями или государствами роста безработицы в испытуемой индустриализацией державе является доля экспорта в валовом внутреннем продукте. Кризису перепроизводства в государстве, как правило, предшествует увеличение уровня экспорта в валовом внутреннем продукте. Этот показатель свидетельствует о росте внутреннего производства сверх внутренних потребностей государства. И, пока беспрепятственный экспорт остаётся высоким, промышленность индустриализируемого государства “разгоняется”, увеличивая производство, что влечёт за собой рост занятости рабочих. Но когда заграничные покупатели перестают покупать продукцию и услуги, в ставших привычными объёмах, во внутренних производствах начинается спад. Предприятия снижают объёмы производства, закрывают заводы и фабрики, а работавших на них людей увольняют. Из этих уволенных людей формируется большая армия. Но армия тоже не может расти до бесконечности. Рано или поздно наступает время утилизации военных посредством очередной войны.

Так было и в современной России. Рост её экономики, начавшийся после развала советского Союза, достиг своего локального максимума к началу двадцать первого века. В двухтысячном году доля экспорта во внутреннем валовом продукте России составляла примерно сорок четыре процента. До две тысячи восьмого года доля экспорта поднялась до рекордных пятидесяти процентов. Вдумайтесь! Половина продукции внутреннего производства уходила на экспорт в другие государства. А это значит, что примерно половина всех жителей государства работала “на заграницу” и за деньги “заграницы”. Не на внутреннего потребителя, а на внешних покупателей. И вдруг в две тысячи девятом году грянул мировой кризис и валовой внутренний продукт России обвалился с одного триллиона и шестисот шестидесяти миллиардов долларов Соединённых Штатов Америки в две тысячи восьмом году до одного триллиона и двухсот двадцати миллиардов долларов в две тысячи девятом году. В то же время объём экспорта был четыреста семьдесят миллиардов долларов в две тысячи восьмом году, а обвалился до трёхсот двух миллиардов долларов в две тысячи девятом году. То есть, доля экспорта в валовом внутреннем продукте снизилась на сто шестьдесят восемь миллиардов долларов. Таким образом всего за один год численность безработных, если верить официальной статистике России, выросла с пяти миллионов восьмисот тысяч человек до семи с половиной миллионов человек. А по нашим расчётам работу в России за один год могли потерять вообще или потеряли значительную часть своей заработной платы до двенадцати миллионов человек (70,72 миллиона занятых * 0,5 = 35,36 миллиона занятых на производстве экспортной продукции; из которых объём экспорта сократился на 35 процентов).

Согласитесь, что перед Путиным стояла задача либо продолжать кормить двенадцать миллионов трудоспособных но безработных россиян, либо каким-то образом от них избавиться. Он выбрал второе. Россия двадцать седьмого февраля две тысячи четырнадцатого года аннексировала Украинский Крым без единого выстрела. Напомню, что накануне захвата Крыма, двадцать третьего февраля две тысячи четырнадцатого года закончились зимние Олимпийские игры в южном российском городе Сочи. В ходе подготовки к зимней Олимпиаде в Сочи, Россия подготовила и всю инфраструктуру на Черноморском берегу Кавказа для захвата Крыма. Но России была нужна не бескровная аннексия Крыма, а кровавая война по утилизации безработных россиян, которых Россия предварительно пропускала через свою огромную армию. И двенадцатого апреля две тысячи четырнадцатого года Путин начал войну по кровавой утилизации населения России в Луганской и Донецкой областях Украины. В финале этой части своего повествования скажу, что я пытался найти другую логику в той последовательности событий, которая нам известна. Но другой логики там, по всей видимости, нет.

Итак, на сегодняшний день мы имеем четырёх крупных кандидатов, которые находятся в разной степени готовности к следующей большой войне. Это Россия, которая уже ведёт “разминочную” войну против своего же вассала - Украины, это Китай, который индустриализирован до предела, это индустриализированная Индия и это, как ни странно, Европейский Союз. Хочу обратить внимание уважаемых читателей, зрителей или слушателей на тот факт, что уровень экспортной зависимости экономики Европейского Союза преодолел свой максимум в две тысячи двадцать втором году, который тогда составлял пятьдесят пять целых и три десятых процента. В последующие годы процент экспорта в валовом внутреннем продукте Европейского Союза снижается, достигнув в две тысячи двадцать пятом году отметки сорок девять целых и семь десятых процента.

Смысл движения рук “дирижера” нам тоже распознать не трудно. Таблица взаимных тарифов Трампа фактически отображает процент импортных пошлин Соединённых Штатов Америки, достаточный для того, чтобы подвинуть государство, которое будет платить или не платить такие пошлины, к войне с соседними державами. Соединённые Штаты здесь выступили в качестве основного мирового покупателя, поддерживающего уровень экспорта обозначенных в таблице Трампа государств. Таким образом Президент Соединённых Штатов Америки “предложил” своим торговым партнёрам поторговаться с Американскими Соединёнными Штатами за мирное будущее своих государств. В таблице Трампа не представлена Россия именно потому, что она уже воюет в Украине. России не нужна американская помощь для вступления в войну. Но соседям России Соединённые Штаты Америки способны эффективно помочь вступить в новую большую войну между собой. Или начать воевать с ослабленной Россией. Но Россия не интересна в качестве партнёра для утилизации народов Индии или Китая с их миллиардными населениями.

Однако, напомню уважаемым читателям, зрителям или слушателям о том, что эту историю я рассказал нам, людям, живущим в условиях капитализма. При коммунизме всё выглядело бы совершенно иначе. В коммунистическом обществе не существует безработицы, за которую люди подлежат утилизации. Рост производительности труда при коммунизме ведёт не к войне, а к спокойной жизни, когда на работу ходить нет необходимости. Все блага, которые при капитализме вызывают “кризис перепроизводства”, в условиях коммунизма распределяются среди всех жителей государства по их потребностям. И в некоторых странах Евросоюза уже практикуются действия, коммунистического свойства. Например, четырёхдневная рабочая неделя, которая позволяет снизить безработицу, вызванную ростом производительности труда. Ещё больше коммунизма в безусловном основном доходе или безусловном базовом доходе, освобождающем людей от обязательного труда ради того, чтобы выжить. При четырёхдневной рабочей неделе у человека меньше шансов потерять работу, а безусловный базовый доход позволяет гражданину вообще не работать. В этом случае в государстве не возникают безработные “лишние люди”, обречённые на гибель в войне. Дальновидные руководители государств избегают участия в боевых действиях, направляя свой народ по классическому коммунистическому пути. Примером этого может служить Исладия, Бельгия или Испания в Европейском Союзе. А её антиподом можно считать Израиль, где люди официально работают шесть дней в неделю и обречены на бесконечные войны.

Каждый ваш вклад имеет большое значение. Поддержите независимые научные исследования автора и помогите более глубоко изучать важные темы сегодняшнего дня

Пополнить банку на независимые научные исследования

Автор: Сергей Просветов

Просмотров всего: 3613 Просмотров сегодня: 3613

• Индия Китай Россия