Бизнес Ресурс

Проблема советской индустриализации. Часть шестая

Тяжелая промышленность Советского союза, построенная в годы индустриализации, была рассчитана на применение во время войны. Большая часть её продукции имела двойное назначение

2026-10-16 11:07

В 1930-х годах Советский Союз стремился найти баланс между восстановлением экономики и перевооружением. Хотя ближайшей задачей пятилетки было «посадить мужиков на тракторы», конечная цель состояла в том, чтобы сделать тракторную промышленность «максимально приспособленной для военных нужд». В 1924–1925 годах народный комиссар по военным делам М. В. Фрунзе разработал доктрину «Фронт и тыл в будущей войне», которая стала своего рода проектом того, как Красная армия видела роль советской экономики.

По замыслу Фрунзе, страна должна была получить возможность — в случае необходимости — быстро и легко перевести экономику на военные рельсы.90 Важным элементом этой доктрины была идея о том, что тракторы можно проектировать так, чтобы они могли выполнять двойную функцию: пахать поля и буксировать артиллерийские орудия. Фрунзе не успел воплотить свой замысел в жизнь (он скончался в 1925 году), однако его идеи о полной интеграции военного и экономического развития — при подчинении гражданской промышленности нуждам обороны — продолжали обсуждаться в среде советского военного руководства.91 Решения советского правительства, принятые в конце 1920-х годов, отражали эти идеи. В декабре 1927 года XV съезд ВКП(б) взял курс на милитаризацию советской экономики. Нарком по военным и морским делам К. Е. Ворошилов заявил, что промышленное развитие страны — в особенности автомобильная и тракторная отрасли — должно отвечать потребностям армии.92 В 1928 году Революционный военный совет (Реввоенсовет) утвердил документ «Система танкового, тракторного и бронеавтомобильного вооружения РККА», который лег в основу советской доктрины применения бронетанковых войск на протяжении 1930-х годов.93 В решении Политбюро от 15 июля 1929 года «О состоянии обороны СССР» была поставлена ​​задача: к концу первой пятилетки оснастить Красную армию 1500 танками, готовыми к боевому применению, а также создать резерв из 1500–2000 танков, готовых вступить в бой с началом войны. 5 декабря 1929 года в документе «О выполнении программы танкостроения» Политбюро вновь подчеркнуло потребность армии в мощных тракторах и танках, особо отметив при этом значение запланированного к строительству Челябинского тракторного завода.94

В 1931 году будущий маршал Михаил Тухачевский был назначен ответственным за вооружение Красной армии. Его целью была модернизация армии — замена кавалерии танковыми войсками. Он полагал, что в будущей войне потребуется не тысячи, а десятки тысяч танков — значительно больше, чем в предыдущей войне, — и что основную их часть можно производить на мощностях автомобильной и тракторной промышленности, которую для этого необходимо было соответствующим образом подготовить. 19 июня 1930 года он писал Сталину:

"Специальные боевые танки могут составлять лишь около трети всего танкового парка и предназначаться исключительно для выполнения особых задач — например, для борьбы с вражеской бронетехникой. Остальные танки — для второго и третьего эшелонов — могут, по сути, представлять собой бронированные тягачи, которые можно производить в массовом порядке... Военное производство может в значительной степени опираться на гражданскую промышленность, что позволит свести к минимуму расходы в мирное время, сохранив при этом возможность адаптации мощностей для нужд войны". 95

К докладной записке Тухачевского была приложена фотография танкетки, собранной на заводе «Красный Путиловец»; по сути, она представляла собой колесный трактор типа «Фордзон», оснащенный 7-мм броней и установленным пулеметом. В решениях советского руководства 1931 года были учтены идеи Тухачевского об использовании растущих мощностей тракторных заводов в Сталинграде и Челябинске, а также автомобильного завода в Нижнем Новгороде, для резкого увеличения производства танков и танкеток. Согласно пересмотренной программе танкостроения от 31 января 1931 года и решению специальной комиссии по танковой промышленности, возглавляемой Тухачевским (от 5 июля 1931 года), в случае войны завод в Нижнем Новгороде должен был выпускать танкетки в объеме 20–25% от своих мощностей по производству автомобилей. При проектной мощности в 140 000 автомобилей это означало возможность выпуска 28 000–35 000 танкеток в военное время. Аналогичным образом, производственные мощности Сталинградского тракторного завода в военное время оценивались в 12 000 легких танков Т-26. 97

В своем выступлении на VII съезде Советов председатель ВСНХ и нарком тяжелой промышленности Г. К. Орджоникидзе подчеркнул настоятельную необходимость перевода челябинского трактора с лигроина на более эффективное и менее огнеопасное дизельное топливо (что было особенно важно для танков в боевых условиях).98 В 1936 году Элиазар И. Гуревич, назначенный главным инженером по проекту перевода на дизельное топливо, вновь отправился в США для размещения заказов на необходимое оборудование; его изготовлением занялась компания Ingersoll Machine Tools и ряд других предприятий в Рокфорде, недалеко от Чикаго.99 В 1937 году в Челябинске был произведен первый советский дизельный трактор — «Сталинец-65».

Как и предсказывал Никербокер в 1931 году, тракторный завод в Челябинске оказался лучше всего подготовлен к массовому производству танков. В 1939 году здесь начался выпуск артиллерийских тягачей «Сталинец-2»; в 1940 году — тяжелых самоходных гаубиц СУ-152 и танков Т-34, а в декабре 1940 года был выпущен первый советский тяжелый танк КВ («Клим Ворошилов»). В октябре 1941 года, по мере продвижения немецкой армии вглубь советской территории, завод был объединен с рядом более мелких предприятий, эвакуированных в Челябинск из европейской части СССР, — в том числе с ленинградским Кировским тракторным заводом (бывшим «Красным Путиловцем») и харьковским дизелестроительным заводом № 75. 6 октября 1941 года объединенное предприятие было переименовано в Челябинский Кировский завод. Оно перешло в ведение Наркомата танковой промышленности (Наркомтанкпром) и было полностью переориентировано на выпуск танков, благодаря чему Челябинск получил неофициальное название «Танкоград».

В 1943 году на смену танкам серии КВ пришли машины КВ-85, а в ноябре 1943 года их сменили танки серии ИС («Иосиф Сталин»). В декабре 1943 года завод приступил к производству штурмовых орудий ИСУ-152. В рекордно короткие сроки Кировский завод стал одним из важнейших арсеналов фронта: к 1944 году он выпускал ежемесячно 180 тяжелых танков и 100 танков Т-34. К концу войны на Челябинском заводе также производились танковые дизельные двигатели В-11 и В-12. За годы войны на заводе было произведено в общей сложности 18 000 танков, 48 500 танковых дизельных двигателей и более 17 миллионов единиц боеприпасов. Способность предприятия выпускать дизельные двигатели для танков имела особое значение, поскольку Германии так и не удалось создать танк с дизельным двигателем до самого конца Второй мировой войны. 101 (рисунок 15)

Каждый ваш вклад имеет большое значение. Поддержите независимые научные исследования автора и помогите более глубоко изучать важные темы сегодняшнего дня

Пополнить банку на независимые научные исследования

Автор: Сергей Просветов

Просмотров всего: 8163 Просмотров сегодня: 8163

• Кан трактор танк